Персональные инструменты
Вы здесь: Главная For_in_memoriam Международная научная конференция, посвященная 70-летию академика А.М.Панченко

Международная научная конференция, посвященная 70-летию академика А.М.Панченко

Автор: mbogo Последнее изменение: Oct 30, 2008 05:11 PM

Санкт-Петербург, 13–15 июля 2007 г.

 

С.А.Кибальник*

Международная научная конференция, посвященная 70-летию академика А.М.Панченко (Санкт-Петербург, 13–15 июля 2007 г.)**

 

Действительный член Российской академии наук Александр Михайлович Панченко (1937–2002) был, по общему мнению, одним из самых ярких ученых-гуманитариев 1980–1990-х гг., замечательным исследователем русской культуры, чье творчество получило не только широкий научный, но и общественный резонанс. Свидетельство тому — его историческая телевизионная публицистика, пользовавшаяся в 1990-е гг. колоссальным успехом и популярностью. В этом отношении А.М.Панченко, безусловно, встает в один ряд с другим замечательным «пушкинодомцем» — академиком Д.С.Лихачевым.

А.М.Панченко, как и Д.С.Лихачева, отличали не только блеск и глубина научной мысли, но и необыкновенная широта охвата различных явлений и эпох в истории русской культуры. Он был одним из выдающихся исследователей древнерусской литературы и культуры Нового времени, в особенности XVIII и XIX вв. В течение многих лет Александр Михайлович возглавлял Отдел новой русской литературы ИРЛИ РАН.

Русскую литературу академик А.М.Панченко одним из первых начал изучать в рамках всей отечественной культуры. Явления литературного и нелитературного рядов были предметом его одинаково пристального внимания, и одно помогало понять другое. В современном литературоведении и культурологии многие идеи, научные принципы А.М.Панченко успешно применяются. В его научном наследии остается еще немало ценного, что нуждается в освоении и развитии.

25 февраля 2007 г. А.М.Панченко исполнилось бы 70 лет. Между тем уже 5 лет, как его нет с нами: на 28 мая пришлась уже пятая годовщина со дня смерти замечательного ученого. Все это время научная общественность не забывала о нем: о А.М.Панченко писали и говорили в средствах массовой информации (особенно много в Петербурге, на страницах журналов «Звезда» и «Русская литература»)[1].

Актуальность проведенной в Институте русской литературы (ИРЛИ) РАН (Пушкинском Доме) Международной научной конференции, посвященной 70-летию ученого, определяется тем, что, с одной стороны, со времени смерти замечательного ученого писали о нем явно недостаточно, особенно в плане анализа и оценки значения его научного творчества, а с другой — во всех областях истории русской культуры, которыми занимался А.М.Панченко, по-прежнему остро ощущается потребность в обращении к его наследию.

Участниками конференции стали соавторы и друзья А.М.Панченко, коллеги, близко его знавшие, ученики и продолжатели, т.е. исследователи, развивающие сюжеты научного творчества А.М.Панченко — ученые из Санкт-Петербурга, Москвы, Нижнего Новгорода, Великого Новгорода, Риги, Алматы, Варшавы, Беркли.

Основную роль в подготовке и проведении конференции сыграл Отдел новой русской литературы ИРЛИ, и по-своему это закономерно: ведь именно о русской культуре нового времени А.М.Панченко больше всего писал в последние десятилетия своей жизни, а самые интересные в теоретическом отношении работы посвящены «исторической топике» русской культуры на всем ее временном протяжении от древней до новейшей эпохи.

Конференцию открыл председатель ее Оргкомитета С.А.Кибальник. Директор Пушкинского Дома В.Е.Багно в своем вступительном слове сказал об остроте нынешних споров о значении научного наследия А.М.Панченко и своеобразии понимания им задач науки (фото).

В первый день конференции состоялись пленарное заседание, а также секционные заседания по древнерусской литературе, русской литературе XVIII в. и первой половины XIX в. Второй день был посвящен русской литературе второй половины XIX–XX в., а также включал специальное заседание «А.М.Панченко и русская культура».

Особый интерес вызвал первый доклад на пленарном заседании «Этнографические наблюдения в записках иностранных путешественников о России», сделанный С.М.Толстой (Москва), которая начала его с того, что напомнила о замечательной дружбе А.М.Панченко с Н.И.Толстым и об объединявшем их чувстве личной причастности к истории России и славянства. Любопытный аспект хорошо известной темы затронул В.Е.Багно в докладе «Русская идея России и “русская идея” Запада», в котором проводилась мысль о том, что «русскую идею» отечественным мыслителям в какой-то степени «подсказали» западноевропейские концепции особого предназначения России, неотторжимые от их горьких раздумий о кризисе Европы.

Множество откликов вызвал также доклад В.М.Живова (Москва—Беркли) «Детоубийство: социальная практика и ее словесное оформление». Докладчик старался показать, что, вопреки мнению Б.Н.Миронова, в  народном православии удавление ребенка, обозначаемое глаголами «заспать» и «приспать» и представлявшее собой довольно распространенную социальную практику, не рассматривалось как убийство или тяжкое прегрешение и считалось преступлением не против жизни, а против нравственности. В ходе пленарного заседания с интересным докладом  на стиховедческую тему применительно к эпохе, которой много занимался А.М.Панченко, — «Рифма в русских заговорах XVII века» — выступил А.Л.Топорков (Москва), а Е.В.Душечкина (Санкт-Петербург) предложила собравшимся запоминающийся этюд «О “Фроле Скобееве” и о Фроле Скобееве».

Автор этой статьи в своем докладе «А.М.Панченко и петербургская школа “феноменологии культуры”» предложил новый взгляд на место А.М.Панченко в истории отечественной науки. В нем был использован термин самого А.М.Панченко, противопоставлявшего «феноменологию культуры» ее истории, которая, следовательно, представляла собой в понимании исследователя своего рода теорию, но не абстрактную, а выводимую из собранного и описанного самим исследователем материала, как бы пропущенного через его собственную личность. В этом докладе было заявлено, что у петербургской, и в первую очередь «пушкинодомской», школы истории и теории культуры (Д.С.Лихачев, А.М.Панченко, с определенными оговорками Г.М.Фридлендер, В.Э.Вацуро, поздний Ю.М.Лотман, принадлежавший, как известно, к ленинградской филологической традиции, поздний Б.Ф.Егоров, В.В.Колесов, А.Х.Горфункель и др.) есть достаточно оснований, чтобы рассматриваться как единое целое. Автор сформулировал некоторые общие методологические принципы, сближающие друг с другом этих исследователей, каждый из которых в то же время, безусловно, обладает яркой, неповторимой индивидуальностью.

В докладе сына А.М.Панченко — Александра А.Панченко (Санкт-Петербург) — «Обывательская история и автоэтнография» речь шла о неосуществленном замысле его отца написать историю России XX в. «с обывательской точки зрения». А.А.Панченко показал, что подобного рода опыт «автоэтнографии», попытка соединить вполне позитивистский анализ истории и культуры с персональными пристрастиями, личным опытом и переживаниями исследователя был у А.М.Панченко своего рода приемом, к которому он нередко прибегал и в других своих работах. Именно в этом, а не в попытке описания своеобразия «славянской цивилизации» А.А.Панченко увидел наиболее актуальную для современной науки часть научного наследия своего отца.

В докладах секции древнерусской литературы и русской литературы XVIII в. ставились в основном темы, к которым в той или иной мере обращался сам А.М.Панченко, или затрагивались сюжеты, перекликающиеся с его проблематикой:  житие боярыни Морозовой (Н.В.Понырко, Санкт-Петербург), неизвестный старообрядческий памятник конца XVII в. (А.В.Пигин, Петрозаводск), функции реминисценций из Священного Писания в памятниках Борисоглебского цикла (А.М.Ранчин, Москва). В докладах на заседании по русской литературе XVIII в. также отчетливо звучала подобная перекличка: «Смеховые традиции в поэме В.Н.Майкова “Елисей”» (Г.Л.Гуменная, Нижний Новгород), «Власть силлабической традиции над В.К.Тредиаковским» (Н.Ю.Алексеева, Санкт-Петербург). Были здесь и доклады, отсылающие к наследию А.М.Панченко своей сосредоточенностью на «литературной культуре», на том, что находится за пределами собственно литературного текста: «Образ мецената в представлениях русских писателей XVIII в.» (Н.Д.Кочеткова, Санкт-Петербург), «“Я жег мой труд”: суд писателя XVIII в. над своим произведением» (С.И.Николаев).

В секции по русской литературе XIX в. проблематику А.М.Панченко как бы подхватили А.Ф.Белоусов, Санкт-Петербург («Народные представления о фармазонах»), Е.И.Анненкова, Санкт-Петербург («Мирская святость как образ жизни и предмет творческой рефлексии Н.В.Гоголя»), В.К.Кантор, Москва («А.В.Никитенко: русский либерал — наследник петровских реформ»). Были здесь и чисто текстологический доклад («По следам утраченной рукописи “Капитанской дочки”» В.Д.Рака (Санкт-Петербург), и стендовый доклад, в котором ключевые для А.М.Панченко понятия русской истории применялись к русской литературе Нового времени скорее метафорически («Топос раскола в русской литературе 1840-х — начала 1860-х годов» М.А.Дзюбенко).

Некоторые из этих тем были рассмотрены затем в докладах на материале русской литературы второй половины XIX в., среди которых выделялась целая серия выступлений, посвященных творчеству Ф.М.Достоевского. Так, К.А.Степанян (Москва) как бы продолжил доклад Е.И.Анненковой («Мирская святость в романах Достоевского»), В.Н.Захаров (Москва) говорил о самозванстве и двойничестве в изображении Достоевского, Т.А.Касаткина (Москва) — о роли иконы в структуре образов Достоевского, В.Е.Ветловская (Санкт-Петербург) — о символических мотивах в «Братьях Карамазовых», а Н.А.Кашурников (Санкт-Петербург) — о юродстве и скоморошестве в «Братьях Карамазовых» (стендовый доклад). В других докладах проводились параллели между романом Достоевского «Бесы» и древнерусской (доклад Н.Ф.Будановой, Санкт-Петербург, об «Уставе о жительстве скитском» Нила Сорского), а также западноевропейской литературой (доклад В.В.Дудкина, Великий Новгород, о «Письмах провинциала» Паскаля).

Сходные сюжеты были рассмотрены также на материале творчества Л.Н.Толстого («Сюжет Несторовой летописи в “Анне Карениной” —  А.Г.Гродецкая, Санкт-Петербург), Чехова («Шуты и юродивые в произведениях Чехова» М.М.Одесская, Москва), духовной поэзии («Духовно-поэтический путь Елизаветы Шаховой» — Е.М.Аксененко, Санкт-Петербург), современной русской литературы («Традиции силлабики в современной русской поэзии» — Ю.Б.Орлицкий, Москва и «Трансформация мифологических образов в литературе Нового времени» — Л.В.Сафронова, Алматы).

На заседании «А.М.Панченко и русская культура» прозвучали доклады как отчасти мемуарного («А.М.Панченко и Рукописный отдел Пушкинского Дома» Т.С.Царьковой, Санкт-Петербург; «Фигура обывателя в интервью А.М.Панченко рубежа веков» Д.Р.Невской), так и чисто историко-научного характера («А.М.Панченко и утопические объекты в его работах» Б.Ф.Егорова, Санкт-Петербург; «Флуктуация отечественной словесности XVII века в трудах А.М.Панченко и магистральный вектор русской культуры» И.А.Есаулова (Москва), «А.М.Панченко об актуальности традиции стихотворного перевода Псалтыри (псалмы Ветхого Завета Игн.Ивановского»)» Л.Ф.Луцевич, Варшава), «По следам протопопа Аввакума: Москва — Париж — Ленинград» А.М.Грачевой, Санкт-Петербург, «Пространство смеховой культуры в трудах А.М.Панченко и М.М.Бахтина» К.А.Баршта, Санкт-Петербург.

Несмотря на насыщенную программу, на конференции нашлось место и для интересной полемики. Так, например автор этих строк доказывал А.А.Панченко правомерность исследования А.М.Панченко своеобразия русской цивилизации. А.Л.Топорков выступил с критикой высказанной мной мысли о «петербургской школе феноменологии культуры». Внимание собравшихся привлекли полемика между А.А.Панченко и И.А.Есауловым о соотношении конфессионального и культурного аспектов православия, а также выступление В.Н.Захарова в поддержку идеи о том, что наследие таких ученых, как А.М.Панченко, Н.И.Толстой и С.С.Аверинцев, необходимо нам сегодня в целостном, неусеченном виде.

В третий день конференции ее участники посетили могилу А.М.Панченко на Никольском кладбище Александро-Невской лавры, возле которой была отслужена лития, а после обеда собрались на мемориальное заседание «Вспоминая А.М.Панченко», где заслушали немало устных воспоминаний петербуржцев Н.С.Демковой, Д.М.Климовой, А.Ю.Арьева, В.П.Бударагина, Ю.М.Прозорова и вдовы исследователя В.С.Копыловой-Панченко, а также посмотрели видеофильм «Гений места».

К началу работы конференции Библиотека и Литературный музей Пушкинского Дома подготовили выставку книг и фотографий А.М.Панченко. В последний день ее работы состоялась церемония посмертного вручения ученому почетного знака «За заслуги перед Выборгским районом Санкт-Петербурга» (награду из рук представителя администрации Выборгского района приняла В.С.Копылова-Панченко). Конференция довольно широко освещалась в средствах массовой информации, в том числе по телевидению и радио.

По единодушному мнению участников и гостей, конференция прошла успешно. На основе ее материалов готовится сборник статей, который станет не только данью памяти замечательного исследователя, но и важным этапом в осмыслении его научного наследия, а также вехой в истории изучения русской культуры.



* Кибальник Сергей Акимович — доктор филологических наук, и.о. заведующего Отделом новой русской литературы ИРЛИ РАН, председатель Оргкомитета конференции.

** Проект 07-04-14-37г.

[1] Все написанное самим А.М.Панченко и о нем отмечено в вышедшем к 70-летию ученого справочнике: Александр Михайлович Панченко. 1937–2002 / Сост. и автор вступ. ст. С.И.Николаев. (Материалы к биобиблиографии ученых. Литература и язык. Вып. 32). М., 2007.

Действия с Документом
Сайт создан при поддержке РГНФ. Номер гранта 08-04-12143в